Amadeus
"...Everything You've Heard is True"
Амадей - Цитаты из фильма
Знаковые цитаты
Forgive me, Majesty. I am a vulgar man! But I assure you, my music is not.
— Вольфганг Амадей Моцарт
Контекст:
Моцарт произносит эти слова во время своей первой аудиенции у императора Иосифа II, после того как его поведение и прямолинейные суждения шокировали придворных. Это одновременно и извинение, и гордое утверждение своего таланта.
Значение:
Эта цитата — квинтэссенция образа Моцарта в фильме. Он признает свою грубость и непристойность, но проводит четкую грань между своей личностью и своим искусством. Это заявление подчеркивает главную загадку, мучающую Сальери: как божественная, чистая музыка может рождаться в таком «недостойном» сосуде.
That was not Mozart laughing, Father... that was God. That was God laughing at me.
— Антонио Сальери
Контекст:
Сальери говорит это священнику во время своей исповеди, вспоминая вечер, когда он, скрываясь под маской, впервые услышал пронзительный смех Моцарта и был шокирован его вульгарным поведением.
Значение:
В этой фразе Сальери выражает суть своего метафизического конфликта. Он воспринимает инфантильный смех Моцарта не как личную черту, а как насмешку Всевышнего над его собственными амбициями, благочестием и посредственностью. С этого момента его зависть приобретает теологический масштаб, превращаясь в войну с Богом.
All I wanted was to sing to God. He gave me that longing... and then made me mute. Why?
— Антонио Сальери
Контекст:
Сальери произносит это в отчаянии во время исповеди, объясняя священнику, почему он отвернулся от Бога. Это крик души человека, чья самая большая страсть стала источником его величайших мучений.
Значение:
Эта цитата раскрывает глубину трагедии Сальери. Он чувствует себя обманутым Богом, который дал ему страстную любовь к музыке и способность ценить величие, но не дал таланта для его создания. Он «нем» в том смысле, что его «голос» (музыка) никогда не сможет сравниться с голосом Бога, который он слышит в произведениях Моцарта.
Your work is ingenious. It's quality work. And there are simply too many notes, that's all. Just cut a few and it will be perfect.
— Император Иосиф II
Контекст:
Император говорит это Моцарту после премьеры его оперы «Похищение из сераля». Пытаясь сделать комплимент, он выдает свое ограниченное понимание музыки, предлагая абсурдное решение «улучшить» произведение.
Значение:
Эта фраза стала культовой и символизирует непонимание гения дилетантами, даже если они облечены властью и имеют добрые намерения. Она показывает пропасть между новаторским искусством Моцарта и консервативными, упрощенными вкусами его аудитории. Замечание императора одновременно комично и трагично.
I will speak for you, Father. I speak for all mediocrities in the world. I am their champion. I am their patron saint.
— Антонио Сальери
Контекст:
Сальери говорит эти слова священнику в конце своей исповеди. Затем, когда его везут в коляске по коридорам сумасшедшего дома, он «благословляет» других пациентов, таких же, как он, «посредственностей», принимая на себя эту новую, трагическую роль.
Значение:
В финале Сальери находит новую, извращенную цель и идентичность. Потерпев поражение в своей войне с Богом, он провозглашает себя святым покровителем всех посредственностей. Это горькое признание своего места в мире, но также и акт гордыни: он становится голосом миллионов тех, кто, как и он, страдает от осознания собственной заурядности.