Девять королев
Криминальный триллер / Нео-нуар + Напряженное недоверие + Карточный домик лжи. Блестящая шахматная партия на улицах Буэнос-Айреса, где каждый ход — обман, а город — игровое поле.
Девять королев
Девять королев

Nueve reinas

"If you think you've got it figured out... you've been conned."

31 августа 2000 Argentina 114 мин ⭐ 7.8 (781)
Режиссер: Fabián Bielinsky
В ролях: Ricardo Darín, Gastón Pauls, Leticia Brédice, Gabo Correa, Pochi Ducasse
драма криминал триллер
Viveza criolla (Аргентинская хитрость) Доверие как валюта Экономическая нестабильность и коррупция Видимость против Реальности
Бюджет: $1,300,000
Сборы: $12,413,888

Девять королев - Объяснение концовки

⚠️ Анализ со спойлерами

ВНИМАНИЕ: СПОЙЛЕРЫ. В финале выясняется, что вся история с марками была тщательно спланированной постановкой, целью которой был сам Маркос. Хуан не был случайным новичком; он был парнем Валерии (сестры Маркоса). Вместе с ней, младшим братом Федерико и группой старых знакомых (включая «испанского бизнесмена» Гандольфо, который на самом деле актер, и «вдову» владелицу марок) они разыграли спектакль.

Цель: заставить Маркоса вложить свои накопленные нечестным путем 200 000 долларов в покупку «настоящих» марок у вдовы, чтобы перепродать их Гандольфо. Маркос отдает свои деньги вдове (которая в доле с Хуаном). Взамен он получает чек от Гандольфо, который оказывается бесполезным не потому что он фальшивый, а из-за краха банка (или мошенничества сотрудников банка), что оставляет Маркоса ни с чем. Хуан и команда делят 200 000 долларов Маркоса, восстанавливая справедливость за украденное наследство.

Альтернативные интерпретации

Хотя основной сюжет раскрывается как месть Хуана, существуют интерпретации, рассматривающие фильм как аллегорию классовой борьбы. Маркос представляет собой хищническую элиту (или коррумпированный средний класс), которая эксплуатирует систему, в то время как Хуан и «команда» (работники отеля, мотоциклисты) представляют собой солидарность рабочего класса, объединившегося, чтобы свергнуть эксплуататора. Другая точка зрения фокусируется на мета-кинематографичности: фильм как манипуляция зрителем, где режиссер выступает в роли главного афериста, заставляя аудиторию сопереживать злодею (Маркосу) только для того, чтобы в конце показать, что мы тоже были обмануты его харизмой.