Первобытный страх — Цитаты из фильма

Вейл произносит это в начале фильма, обучая журналиста (и зрителя) реалиям своей профессии.

Устанавливает циничный тон фильма и отношение Вейла к судебной системе. Он прямо заявляет, что суд — это не место для поиска истины, а арена для манипуляций.

В финальной сцене в тюремной камере, когда Вейл думает, что общается с «Роем», захватившим контроль над «Аароном». Рой с ухмылкой признается, что Аарон был лишь выдуманной маской.

Самая шокирующая и важная фраза фильма, которая полностью переворачивает сюжет. Она разрушает все, во что верил адвокат и зритель.

Вейл откровенно отвечает на вопрос журналиста о том, почему он защищает заведомых преступников.

Раскрывает истинную, скрытую под слоем цинизма натуру Вейла. Он действительно хочет верить в доброту, что делает его последующее падение и предательство таким болезненным.

Джанет говорит это Мартину во время обсуждения найденной видеокассеты, где запечатлено сексуальное насилие над алтарниками.

Подчеркивает оправданность гнева жертвы насилия. Джанет косвенно признает, что мотив для убийства архиепископа был крайне веским.

Финальная сцена, где Рой торжествует, глядя в спину уходящему, раздавленному осознанием правды Вейлу.

Демонстрирует высшую степень издевательства над адвокатом. Рой показывает, что Вейл был не защитником, а лишь пешкой, инструментом в его плане побега от правосудия.