Some Like It Hot
"The movie too HOT for words!"
В джазе только девушки - Цитаты из фильма
Знаковые цитаты
Well, nobody's perfect.
— Осгуд Филдинг III
Контекст:
Финальная сцена в лодке. Джерри, отчаявшись отговорить Осгуда от свадьбы, срывает парик и кричит: "Я мужчина!". Осгуд, не моргнув и глазом, произносит эту фразу, демонстрируя полное безразличие к такому "недостатку".
Значение:
Эта фраза, ставшая одной из самых знаменитых в истории кино, символизирует абсолютное принятие. Она подводит итог главной идее фильма: настоящая симпатия и любовь выше любых условностей, правил и даже биологического пола. Это идеальное завершение комедии, полной гендерных перевертышей.
I'm a man!
— Джерри / Дафна
Контекст:
В лодке, после перечисления всех возможных причин, по которым он не может жениться на Осгуде ("я не блондинка", "я курю"), Джерри прибегает к последнему аргументу, раскрывая свою истинную сущность.
Значение:
Это кульминационный момент отчаяния и катарсиса для Джерри. Вся его внутренняя борьба и абсурдность ситуации выливаются в этот крик. Это последняя, самая веская причина, по которой брак невозможен, но она оказывается бессильной перед невозмутимостью Осгуда.
I don't care how rich he is, as long as he has a yacht, his own private railroad car and his own toothpaste.
— Дана «Душечка» Ковальчик
Контекст:
Душечка делится своими мечтами с "подругами" Джозефиной и Дафной в поезде, рассказывая, почему она едет во Флориду — в надежде встретить миллионера.
Значение:
Эта цитата иронично подчеркивает меркантильные мечты Душечки. Она с юмором описывает свой "идеал" мужчины, сводя его к атрибутам невероятного богатства. Фраза показывает ее наивное представление о счастье, которое она связывает исключительно с деньгами.
Real hot!
— Дана «Душечка» Ковальчик
Контекст:
Во время репетиции в поезде руководительница оркестра требует от девушек играть "hot" (горячо). Душечка с энтузиазмом подхватывает: "Real hot!" (По-настоящему горячо!).
Значение:
Эта фраза дала фильму его оригинальное название "Some Like It Hot". В контексте сцены она относится к джазовой музыке, но имеет очевидный сексуальный подтекст, намекая на страсть и темперамент, что было довольно смело для кино 1959 года.