Причастие
Экзистенциальная драма о пасторе, чья вера угасает в холодном зимнем свете, обнажая оглушительное молчание Бога и хрупкость человеческих связей.
Причастие
Причастие

Nattvardsgästerna

11 февраля 1963 Sweden 80 мин ⭐ 7.9 (481)
Режиссер: Ингмар Бергман
В ролях: Ingrid Thulin, Gunnar Björnstrand, Гуннель Линдблум, Макс фон Сюдов, Аллан Эдвалль
драма
Кризис веры и молчание Бога Невозможность любви и коммуникации Экзистенциальный страх и поиск смысла Страдание и его природа

Причастие - Цитаты из фильма

Знаковые цитаты

Gud, varför har du övergivit mig?

— Томас Эрикссон

Контекст:

В своей жестокой исповеди-монологе, обращенной к Мэрте, Томас описывает момент, когда он осознал свое безверие и тщетность своих молитв. Он сравнивает свое духовное одиночество с одиночеством Христа.

Значение:

"Боже, почему ты оставил меня?" — эти слова Христа на кресте Томас произносит, описывая свое состояние. Это квинтэссенция его духовного кризиса, ощущение полной покинутости и молчания Бога, которое для него страшнее любых физических страданий.

Om det inte finns någon Gud, skulle det göra någon skillnad? Livet skulle bli begripligt. Vilken lättnad.

— Томас Эрикссон

Контекст:

Томас говорит это Йонасу Персону, пытаясь (и проваливаясь) утешить его. Вместо того чтобы укрепить веру прихожанина, пастор делится с ним своим самым глубоким сомнением, что в итоге и подталкивает Йонаса к самоубийству.

Значение:

"Если Бога нет, разве это что-то меняет? Жизнь стала бы понятной. Какое облегчение". — В этой фразе Томас выражает парадоксальную мысль: отсутствие Бога могло бы принести облегчение, так как сняло бы с мира бремя поиска высшего смысла и оправдания страдания. Это делает жизнь простой, хоть и бессмысленной.

Lidandet är inte det värsta... Det värsta var nog tystnaden.

— Альгот Фрёвик

Контекст:

В ризнице перед вечерней службой дьячок Альгот просит у пастора разрешения поделиться своими мыслями о Евангелии. Его монолог становится кульминацией философских размышлений фильма.

Значение:

"Страдания — это не самое худшее... Худшим, должно быть, было молчание". — Дьячок предлагает свою интерпретацию страстей Христовых, утверждая, что самым ужасным для Иисуса была не физическая боль, а молчание Бога-отца в ответ на его мольбы. Эта фраза напрямую связывает страдания Христа со страданиями Томаса.