Apocalypse Now
"This is the end..."
Апокалипсис сегодня - Цитаты из фильма
Знаковые цитаты
I love the smell of napalm in the morning.
— Подполковник Килгор
Контекст:
Килгор произносит эти слова утром после вертолетной атаки на вьетнамскую деревню, которую он приказал сжечь напалмом, чтобы расчистить побережье для серфинга. Он стоит на пляже и с восторгом вдыхает запах гари.
Значение:
Эта фраза стала культовой и символизирует извращенную эстетику войны. Она показывает, как ужас разрушения может восприниматься как нечто волнующее и даже приятное, как «запах победы». Цитата идеально отражает безумие персонажа и абсурдность всей войны.
The horror... The horror.
— Полковник Курц
Контекст:
Курц шепчет эти слова, умирая после того, как Уиллард наносит ему смертельные удары мачете в его убежище.
Значение:
Это последние слова Курца, которые являются прямой цитатой из книги «Сердце тьмы». Их можно интерпретировать по-разному: как осознание ужаса, который он сотворил; как констатацию ужаса, лежащего в основе человеческой природы; или как прозрение о подлинной сути войны и бытия. Это квинтэссенция всего путешествия вглубь тьмы.
Charlie don't surf!
— Подполковник Килгор
Контекст:
Килгор кричит это, объясняя своим солдатам, почему он так хочет захватить определенный участок побережья. Он возмущен тем, что такой отличный пляж для серфинга контролируется противником.
Значение:
Фраза отражает культурное высокомерие и полное непонимание противника. Для Килгора тот факт, что вьетконговцы («Чарли») не занимаются серфингом, является достаточным основанием, чтобы считать их дикарями и захватить их пляж. Это показывает, как война превращается в столкновение не идеологий, а стилей жизни.
We train young men to drop fire on people, but their commanders won't allow them to write 'fuck' on their airplanes because it's obscene.
— Полковник Курц
Контекст:
Эту фразу произносит Курц во время одного из своих философских монологов, обращаясь к Уилларду. Он объясняет свои взгляды на природу войны и морали.
Значение:
Эта цитата обнажает лицемерие военной машины и цивилизованного общества в целом. Курц указывает на абсурдность ситуации, когда массовое убийство считается приемлемым, а простое нецензурное слово — неприличным. Это подчеркивает его презрение к фальшивой морали, от которой он отказался.