Инферно Габриэля - Объяснение концовки

Ключевой сюжетный поворот «Инферно Габриэля» заключается в том, что Габриэль и Джулия встречались ранее. Несколько лет назад, когда Джулии было 17, она, находясь в депрессии после ухода из дома из-за жестокого обращения со стороны парня ее матери, встретила Габриэля в баре. Он был пьян и находился в глубокой депрессии после разрыва с женщиной. Они провели ночь, разговаривая, и Габриэль, сам того не осознавая, спас ей жизнь, проявив к ней доброту и убедив ее не сдаваться. Однако из-за алкогольного опьянения он совершенно не помнит этой встречи. Вся холодность и предвзятость Габриэля по отношению к Джулии в университете вызваны тем, что он подсознательно чувствует связь, но не может ее идентифицировать, что его раздражает. Для Джулии же его поведение особенно мучительно, так как она помнит его как своего спасителя, а теперь видит в нем жестокого и холодного человека.

Раскрытие этой тайны становится кульминацией первой части. Когда Габриэль наконец вспоминает ту ночь, он осознает весь ужас своего поведения. Это заставляет его увидеть Джулию не просто как студентку, а как женщину, которую он едва не потерял дважды. Этот поворот полностью меняет динамику их отношений. Его чувство вины и благодарности смешивается с зарождающейся любовью, и он из мучителя превращается в ее преданного защитника. Концовка фильма оставляет героев на пороге настоящих отношений, когда они оба готовы противостоять своим демонам и бороться за свою любовь, несмотря на запреты и осуждение со стороны университетского сообщества.

Хотя основной посыл фильма вращается вокруг романтической любви и искупления, существует и альтернативная интерпретация, рассматривающая отношения Габриэля и Джулии через призму психологии власти и созависимости. С этой точки зрения, Габриэль — не просто «терзаемый антигерой», а классический абьюзер, использующий эмоциональные манипуляции (чередование жестокости и нежности), чтобы контролировать уязвимую Джулию. Его первоначальная агрессия, публичные унижения и резкие смены настроения можно трактовать как проявления эмоционального насилия. Джулия, в свою очередь, предстает как жертва с «комплексом спасителя», которая терпит плохое обращение в надежде «исправить» или «исцелить» своего мучителя. Критики этой точки зрения утверждают, что такая интерпретация романтизирует нездоровые и потенциально опасные отношения, представляя их как идеальную историю любви, что может быть вредным посылом для молодой аудитории. Таким образом, фильм можно рассматривать не как сказку об искуплении, а как драму о созависимых отношениях между двумя глубоко травмированными людьми.