Я видел дьявола - Объяснение концовки

Финальный акт мести Су-хёна — это шедевр психологического садизма. Он устанавливает самодельную гильотину в доме Гён-чхоля, привязывая лезвие к двери. Когда в дом входят родители и сын маньяка, они сами приводят механизм в действие, обезглавливая Гён-чхоля на своих глазах. Су-хён слушает их крики через жучок, который он оставил рядом с головой убийцы. В этот момент происходит ключевой твист: Су-хён понимает, что он не принес мира душе своей невесты, а лишь обрек на вечную травму еще одну семью (пусть и семью маньяка). Его финальный истерический смех, переходящий в рыдания на пустой дороге, символизирует полное осознание того, что он потерял себя. Смерть Гён-чхоля не принесла катарсиса — она лишь оставила Су-хёна один на один с тишиной и кровью на руках.

Существует несколько прочтений финала и роли героев. Одна интерпретация утверждает, что Гён-чхоль — это не реальный человек, а метафизическое воплощение тьмы внутри Су-хёна, которую он пытается уничтожить, но лишь множит. Другая точка зрения акцентирует внимание на том, что Гён-чхоль на самом деле победил: в конце он не просит прощения и не раскаивается, он умирает с осознанием того, что разрушил жизнь своего мучителя. Также критики обсуждают финал как момент «освобождения» Су-хёна, где его плач — это не поражение, а возвращение способности чувствовать боль и скорбь, которую он подавлял яростью.