Я видел дьявола

Сюжет фильма разворачивается вокруг Ким Су-хёна, высококвалифицированного агента спецслужб, чья жизнь рушится после того, как его беременная невеста становится жертвой жестокого серийного убийцы Чан Гён-чхоля. Обнаружив изувеченное тело возлюбленной, Су-хён дает клятву не просто покарать убийцу, а заставить его пройти через невыносимые мучения, которые растянутся на долгое время.

Используя свои профессиональные навыки, Су-хён быстро вычисляет преступника, но вместо того, чтобы передать его правосудию или убить на месте, он начинает садистскую игру в «кошки-мышки». Он выслеживает маньяка, жестоко избивает его и отпускает, предварительно заставив проглотить GPS-жучок, чтобы иметь возможность повторять цикл истязаний снова и снова. Однако эта игра постепенно выходит из-под контроля, стирая границы между героем и монстром.

Главная идея фильма заключается в деконструкции классического мотива мести. Режиссер Ким Джи-ун исследует ницшеанскую максиму: «Если долго смотреть в бездну, бездна начнет смотреть в тебя». Послание фильма глубоко пессимистично: в противостоянии с абсолютным злом невозможно победить, сохранив человечность. Месть здесь представлена не как акт справедливости, а как вирус, который разрушает не только объект ненависти, но и самого мстителя, превращая его в такое же холодное и безжалостное существо, как и его враг.

Существует несколько прочтений финала и роли героев. Одна интерпретация утверждает, что Гён-чхоль — это не реальный человек, а метафизическое воплощение тьмы внутри Су-хёна, которую он пытается уничтожить, но лишь множит. Другая точка зрения акцентирует внимание на том, что Гён-чхоль на самом деле победил: в конце он не просит прощения и не раскаивается, он умирает с осознанием того, что разрушил жизнь своего мучителя. Также критики обсуждают финал как момент «освобождения» Су-хёна, где его плач — это не поражение, а возвращение способности чувствовать боль и скорбь, которую он подавлял яростью.

Фильм стал вехой в жанре «K-Horror» и «New Korean Cinema», доведя эстетику насилия и концепцию мести до абсолютного предела. Он часто упоминается в одном ряду с 'Олдбоем' как вершина корейского триллера. Картина оказала значительное влияние на западных режиссеров, ценящих бескомпромиссность и визуальный стиль (например, она высоко ценится Квентином Тарантино). Несмотря на критику за избыточную жестокость, фильм закрепил за Ким Джи-уном статус мастера жанрового кино, способного соединить философскую глубину с визуальным аттракционом.

Зрители и критики разделились на два лагеря. Одни превозносят фильм за выдающуюся актерскую игру (особенно Чхве Мин-сика), безупречную операторскую работу и смелость в исследовании темных сторон человеческой психики. Другие критикуют его за «пыточное порно» и излишний натурализм, считая, что форма доминирует над содержанием. Общий вердикт: это один из самых тяжелых для просмотра, но в то же время один из самых технически совершенных триллеров в истории кино.