Объединённая зона безопасности

Сюжет фильма разворачивается вокруг кровавого инцидента в демилитаризованной зоне (DMZ), разделяющей Северную и Южную Корею. В результате ночной стрельбы в северокорейском пограничном пункте двое солдат убиты, а южнокорейский сержант Ли Су Хёк найден раненым на нейтральной полосе. Обе стороны выдвигают противоречивые версии случившегося: Юг заявляет о похищении и героическом побеге, Север — о вероломном нападении.

Для расследования инцидента прибывает майор Софи Жан, швейцарский офицер южнокорейского происхождения, представляющая Комиссию нейтральных государств. Пытаясь восстановить хронологию событий через допросы выживших — сержанта Ли и опытного северокорейского сержанта О Кён Пхиля, — она обнаруживает, что за официальными рапортами скрывается опасная тайна. Фильм постепенно раскрывает историю запретной дружбы, которая зародилась между врагами по разные стороны колючей проволоки.

Главная идея фильма заключается в абсурдности и жестокости искусственного разделения единого народа. Пак Чхан Ук подчеркивает, что идеология — это лишь тонкая оболочка, под которой скрываются общие культурные корни и простая человеческая потребность в близости. Фильм несет мощное гуманистическое послание: люди по обе стороны границы ничем не отличаются друг от друга, но сама система (границы, уставы, пропаганда) делает их дружбу невозможной и смертельно опасной. «Разделение — это не трагедия, это ирония», — через эту призму режиссер показывает, как мелочи и случайности в условиях тотального недоверия приводят к непоправимому краху.

Некоторые критики видят в фильме скрытый гомоэротический подтекст в отношениях между Су Хёком и Кён Пхилем, интерпретируя их дружбу как форму глубокой, подавленной любви, которая возможна только в условиях изоляции от общества. Другая интерпретация рассматривает фильм как библейскую притчу о Каине и Авеле, где братоубийство совершается не из ненависти, а из-за страха и давления внешней среды. Также существует мнение, что майор Софи Жан является олицетворением самой Кореи, разрывающейся между западным воспитанием и зовом предков.

Фильм стал вехой в корейском кино, ознаменовав начало эпохи «солнечного тепла» (Sunshine Policy) в отношениях между КНДР и РК. Он впервые в массовой культуре очеловечил северокорейских солдат, показав их не бездушными врагами, а обычными людьми со своими мечтами. Успех картины спас карьеру Пак Чхан Ука после двух провалов и открыл дорогу его будущей «трилогии мести». JSA сформировала стандарт корейского блокбастера, сочетающего в себе зрелищность и глубокую социальную драму.

Фильм был встречен с восторгом как критиками, так и зрителями. В Южной Корее его посмотрели более 5,8 миллионов человек. Хвалят за: блестящую актерскую игру (особенно Сон Кан Хо), виртуозную операторскую работу и эмоциональный катарсис финала. Основная критика касалась иногда «деревянной» игры англоязычных актеров в сценах с комиссией NNSC, что, впрочем, не испортило общего впечатления от шедевра.