Ключевой сюжетный поворот, который переворачивает восприятие всего фильма, заключается в том, что Макс, а также Простак и Косой не погибли в 1933 году. Вся перестрелка была инсценировкой, спланированной Максом. Он заключил сделку с полицией и политиками, сдал менее значимых членов синдиката, присвоил общие деньги банды и начал новую жизнь под именем министра Кристофера Бейли. Тела, которые опознал Лапша, принадлежали другим людям.
Этот твист объясняет, кто украл деньги из чемодана на вокзале, и кто отправил Лапше приглашение в 1968 году. Это был сам Макс. Оказавшись на грани краха из-за коррупционного скандала, он решил использовать Лапшу для сведения счетов с жизнью. Он хотел, чтобы его убил единственный человек, которого он по-настояшему предал, возможно, в качестве акта извращенного искупления.
Кроме того, выясняется, что Дебора стала любовницей Макса. Он не только украл у Лапши деньги и дружбу, но и женщину, которую тот любил всю жизнь. Это делает его предательство абсолютным. Отказ Лапши узнавать и убивать Макса ("Я так смотрю на вещи") — это его способ одержать моральную победу. Он отказывается играть по правилам Макса и лишает его желаемой смерти от руки друга, оставляя его одного со своим позором и крахом. Таинственное исчезновение Макса в мусоровозе становится его личным концом, который Лапша наблюдает со стороны, окончательно закрывая эту главу своей жизни.
Если принять теорию об опиумном сне, то весь этот сложный сценарий — это фантазия Лапши, созданная его подсознанием, чтобы справиться с невыносимой мыслью о том, что он по своей глупости стал причиной смерти друзей. В этом сне он не просто виновник, а жертва грандиозного заговора, что снимает с него часть вины и придает его трагедии эпический масштаб.