The School Nurse Files

«Боже, медсестра Ан Ын-ён» (보건교사 안은영) — шестисерийный корейский сериал Netflix, вышедший 25 сентября 2020 года. Он снят по одноимённому роману 2015 года писательницы Чон Се-ран, отмеченному литературной наградой; сама Чон Се-ран участвовала в написании сценария, а режиссёром выступила Ли Кён-ми, для которой это была первая экранизация романа.

Героиня — школьная медсестра Ан Ын-ён (Чон Ю-ми), обладающая странным даром: она видит человеческие желания, чувства и остатки живой энергии в виде «желе» — полупрозрачных сгустков, которые плавают в воздухе, липнут к людям и иногда собираются в опасных монстров. Со своим игрушечным мечом и пластиковым пистолетом она в одиночку зачищает коридоры частной школы, куда только что устроилась. Помогает ей Хон Ин-пё (Нам Джу-хёк), преподаватель китайской классики и внук основателя школы, чьё тело работает как живой оберег и источник защитной энергии.

Каждая серия — отдельный «случай» из школьной практики: странные поветрия среди учеников, подозрительные подработки, чужие тайны, — но сквозь эпизодическую структуру постепенно проступает главная линия: под зданием школы есть подвал и разрастающаяся яма, за контроль над которой борются взрослые силы, торгующие чужой удачей и безопасностью. Сериал смешивает школьную комедию, мистику, сатиру и меланхолическую драму взросления в тональности, которую критики чаще всего описывали словами «прекрасно странно».

В основе сериала — конфликт, который сама история обозначает корейским словом «кудже» (구제) — «спасение других из беды» — в его противопоставлении свободе. Ан Ын-ён родилась с даром, который она не выбирала, и всю жизнь занимается уборкой чужих желаний; вопрос сериала не «победит ли она монстра», а «имеет ли право человек, способный помочь, перестать помогать и просто жить своей жизнью».

Через школьный микрокосм создатели говорят о том, что желания подростков — влюблённость, зависть, страх, стыд, честолюбие — не зло и не болезнь. Опасно не само желание, а взрослый мир, который его эксплуатирует: превращает энергию детей в товар, а заботу — в бизнес по продаже «безопасного счастья». Настоящее спасение здесь не в изгнании желе, а в том, чтобы увидеть человека, к которому оно прилипло, и остаться рядом.

Отсюда и главное послание: странность — не диагноз. Все герои сериала так или иначе не помещаются в норму — и именно эта непомещаемость оказывается единственным ресурсом сопротивления.

Мистика как буквальность. Самое прямое чтение: желе, монстры и подземная яма существуют на самом деле, а сериал — фэнтези о борьбе с оккультной корпоративной силой. Тогда открытый финал — просто следствие того, что историю не досняли.

Сериал появился в момент, когда Netflix активно вкладывался в корейские оригиналы, и стал одним из самых нетипичных проектов этой волны: женская история, снятая женщиной-режиссёром Ли Кён-ми по роману женщины-писательницы Чон Се-ран, с героиней средних лет вместо привычной романтической пары. Сама режиссёр подчёркивала, что подобный замысел вряд ли получил бы зелёный свет в кинопрокате, — то есть шоу стало наглядным примером того, что стриминг позволяет авторскому эксцентризму дойти до массового зрителя.

Критика приняла сериал раздвоенно и с интересом: его называли «прекрасно странным» и одним из самых оригинальных корейских проектов 2020 года, хвалили за сплав традиционного и современного в музыке, изображении и характерах, за визуальные эффекты и за перформанс Чон Ю-ми. Одновременно многие рецензенты писали о хаотичности, перегруженности и особенно о скомканном финале. Зрительские оценки (около 6,3 на IMDb) отражают эту поляризацию.

Наследие сериала — прежде всего в расширении представления о том, каким может быть корейский жанровый сериал: не глянцевым и выверенным, а рыхлым, авторским и намеренно неудобным. Он также поддержал интерес к прозе Чон Се-ран и укрепил репутацию Ли Кён-ми как режиссёра, работающего с женскими персонажами вне жанровых шаблонов.

Общая картина. Реакция оказалась поляризованной. Профильные рецензенты чаще говорили о сериале с симпатией — «прекрасно странный», один из самых оригинальных и причудливых корейских проектов 2020 года, — тогда как массовая аудитория оценила его скромнее: около 6,3 на IMDb.

За что хвалят. Прежде всего — за Чон Ю-ми: рецензенты писали, что она «крадёт шоу», наполняя энергией персонажа, который в других руках вышел бы блёклым; хорошо принят и Нам Джу-хёк в роли Хон Ин-пё. Отдельно отмечали визуальные эффекты — желе и клещи выглядят убедительно, — а также сплав традиционного и современного в музыке и изображении и фирменный сухой юмор.

Основная критика. Главные претензии — хаотичность и перегруженность: каждая серия вываливает на зрителя новые странные встречи и эксцентричных персонажей, и это утомляет. Но самым спорным элементом стал финал: его почти единодушно называли скомканным и вялым, оставляющим слишком много вопросов без ответа.

Эволюция мнения. Зрители, доходившие до второй половины сезона, обычно поднимали оценку — линия Пэк Хе-мин и потеря дара в пятой серии считаются лучшим, что есть в сериале. Часть аудитории отсеялась на первых сериях, не приняв тональность. Со временем шоу закрепилось в статусе культового «странного» сериала: его редко называют идеальным, но регулярно рекомендуют как ни на что не похожий опыт.

Вердикт. Смелый, обаятельный и неровный сериал, который лучше работает как настроение и как высказывание о свободе, чем как выстроенный сюжет.