Непрощённый - Объяснение концовки

Ключевой поворот сюжета, меняющий всю динамику фильма, — это жестокое убийство Нэда Логана по приказу шерифа "Малыша Билла" Даггетта. До этого момента Уильям Манни все еще колеблется, он борется со своим прошлым и пытается выполнить работу исключительно ради денег. Смерть друга становится для него точкой невозврата. Одна из проституток сообщает ему о случившемся и передает его долю денег. В этот момент Манни, который весь фильм не пил алкоголь, делает большой глоток виски. Это символический акт: он больше не сдерживает себя обещанием, данным жене. Он принимает свою истинную сущность убийцы, чтобы отомстить.

Концовка, в которой Манни в одиночку входит в салун и убивает Билла и его помощников, является кульминацией этой трансформации. Это не героическая дуэль, а хладнокровная бойня. Он убивает раненых и безоружных, демонстрируя полное безразличие к морали. Его знаменитая фраза "Заслуги тут ни при чем" (Deserve's got nothin' to do with it), сказанная перед убийством Билла, подчеркивает, что его действия продиктованы не справедливостью, а чистой местью и его собственной жестокой природой.

После просмотра становится ясно, что название "Непрощенный" относится в первую очередь к самому Манни. Он не может простить себя за прошлое и не может быть прощен, потому что в конечном счете он не изменился. Финальный титр, сообщающий, что он забрал детей и уехал, возможно, в Сан-Франциско, где занялся торговлей, оставляет горькое послевкусие. Он обеспечил детям будущее, но сделал это, вернувшись к тому, от чего пытался убежать. Скрытый смысл в том, что цикл насилия, возможно, завершен для него, но шрамы остались навсегда, и он навсегда останется человеком, который "убивал женщин и детей".

Основная дискуссия вокруг "Непрощенного" касается трактовки характера и финальных действий Уильяма Манни. Одна из интерпретаций гласит, что фильм — это история о невозможности искупления. Манни пытался измениться, но обстоятельства и его истинная природа взяли верх. Его финальная ярость — это не акт правосудия, а регресс к его прошлому "я", доказывающий, что человек не может убежать от своей сущности.

Другая точка зрения предполагает, что фильм исследует природу легенд. Манни в финале становится тем мифическим, неуязвимым стрелком, каким его описывали слухи. Он не столько возвращается к себе настоящему, сколько воплощает в жизнь ту самую легенду, которую фильм до этого развенчивал. Таким образом, Иствуд показывает, что даже в демифологизированном мире есть место для мифа, рожденного из крови и мести.

Также существует феминистская интерпретация, согласно которой фильм, начинаясь с преступления против женщины и инициируемый женской жаждой справедливости, в итоге оттесняет женских персонажей на второй план. Мужчины (Манни, Билл, Нэд) перехватывают повествование, и история о женском унижении превращается в арену для мужского соперничества и насилия, что само по себе является критикой патриархального мира Дикого Запада.