Аладдин — Объяснение концовки

Кульминация фильма строится на гениальном использовании слабостей антагониста. Когда Джафар получает контроль над Джинном и становится сильнейшим колдуном в мире, Аладдин оказывается бессилен физически. Однако он бьет по огромному эго визиря, заявляя, что Джафар всегда будет лишь «вторым» после Джинна. Ослепленный жаждой абсолютного превосходства, Джафар использует свое последнее желание, чтобы стать всемогущим Джинном. Он забывает (или не понимает) главное правило: феноменальная космическая мощь неразрывно связана с крошечным жилым пространством. Джафар сам заковывает себя в цепи и оказывается заперт в собственной лампе.

Второй мощный твист — моральный выбор Аладдина. Потеряв статус принца, он не может жениться на Жасмин по закону. У него остается одно желание. Вместо того чтобы снова пожелать стать принцем (что гарантировало бы ему любовь и власть), он выполняет свое старое обещание и тратит последнее желание на то, чтобы даровать свободу Джинну. Эта бескорыстная жертва доказывает султану благородство юноши, и тот своей властью отменяет устаревший закон, позволяя принцессе выйти замуж за того, кого она сочтет достойным.

Теория Постапокалипсиса: Одна из самых известных фанатских интерпретаций гласит, что действие фильма происходит не в древней Аравии, а в далеком будущем после апокалипсиса. Джинн жалуется, что просидел в лампе 10 000 лет, но при этом постоянно делает отсылки к поп-культуре 20-го века (Джек Николсон, Арнольд Шварценеггер и др.). Согласно теории, 1990-е годы были 10 000 лет назад, а «магия» в Аграбе — это забытые высокие технологии.

Сказка Шехерезады: Опираясь на оригинальную структуру «Тысячи и одной ночи», некоторые аналитики предполагают, что вся история Аладдина в фильме — это вымышленная история, рассказываемая женщиной (Шехерезадой) жестокому султану. Цель сказки — убедить слушателя в недопустимости жестоких казней и в том, что даже уличный вор имеет человеческое достоинство, тем самым спасая свою собственную жизнь.

Торговец — это Джинн: Долгие годы зрители предполагали, что уличный торговец, рассказывающий историю в начале фильма (его также озвучивал Робин Уильямс) — это освобожденный Джинн. В 2015 году режиссеры официально подтвердили эту теорию: изначально планировался финал, где торговец снимает накладную бороду и показывает себя как Джинна, но от этой концовки отказались в процессе монтажа.