Lawrence of Arabia
"Nothing is written."
Лоуренс Аравийский - Цитаты из фильма
Знаковые цитаты
The trick, William Potter, is not minding that it hurts.
— Т. Э. Лоуренс
Контекст:
Лоуренс произносит эти слова в Каире, в офицерском штабе, когда демонстративно гасит пальцами зажженную спичку, чтобы произвести впечатление на сослуживца.
Значение:
Эта фраза, сказанная в начале фильма, отражает юношескую самоуверенность Лоуренса и его веру в то, что силой воли можно преодолеть любую боль. Она становится лейтмотивом его характера, но позже жестокая реальность опровергает эту философию.
Nothing is written.
— Шериф Али
Контекст:
Лоуренс произносит это после героического спасения Гасима во время изнурительного перехода через пустыню Нефуд, чем завоевывает уважение Шерифа Али и его людей.
Значение:
Изначально Шериф Али говорит Лоуренсу, что возвращение за отставшим в пустыне человеком «написано» (предопределено) как его смерть. Когда Лоуренс спасает Гасима, он бросает вызов этой фаталистической философии. Фраза Лоуренса «Ничто не предопределено» становится символом его веры в свободу воли и способность человека менять свою судьбу, что и вдохновляет арабов.
So long as the Arabs fight tribe against tribe, so long will they be a little people, a silly people - greedy, barbarous, and cruel, as you are.
— Т. Э. Лоуренс
Контекст:
Лоуренс говорит это Шерифу Али после того, как тот убивает его проводника из-за старой племенной вражды. Эта сцена закладывает основу их будущих отношений и обозначает главную миссию Лоуренса — объединение племен.
Значение:
Эта цитата выражает ключевую идею, которую Лоуренс пытается донести до арабских вождей: их сила — в единстве. Он критикует межплеменные распри, которые мешают им стать великой нацией и обрести настоящую независимость.
There is nothing in the desert and no man needs nothing.
— Принц Фейсал
Контекст:
Принц Фейсал произносит эту фразу во время своей первой встречи с Лоуренсом, обсуждая, что может привлечь арабов и заставить их сражаться.
Значение:
Это философское замечание Принца Фейсала отражает как суровую реальность пустыни, так и менталитет её обитателей. Он намекает на то, что для людей, привыкших к лишениям, материальные блага не являются главной ценностью. В то же время, эта фраза может быть интерпретирована как тонкое указание на то, что арабы стремятся к чему-то большему, чем просто выживание — к свободе и достоинству.