Внимание: далее — полное раскрытие сюжета и финала.
Травма Клэр. Ключевая точка первой половины — авария: реальную Клэр Сардина 10 мая 1999 года сбил автомобиль, вылетевший с дороги, когда она работала в саду перед собственным домом. Героиня теряет ногу и получает протез. Фильм превращает это не в конец карьеры, а в её переворот: после протезирования Клэр начинает двигаться по сцене даже свободнее, чем раньше, — сцена становится территорией, где увечье не имеет власти.
Пик и обрыв. Драматургия ведёт дуэт к самому крупному выступлению в их жизни — и обрывает историю сразу после него. Майк переносит тяжёлый сердечный приступ, падает, ударяется головой и умирает. Это — сознательная компрессия: в действительности Майк Сардина летом 2006 года упал и ударился головой, отказался ехать в больницу, у него обнаружили кровоизлияние в мозг, он впал в кому и скончался 27 июля 2006 года в 55 лет, спустя несколько дней после падения. Брюер сдвигает события так, чтобы триумф и катастрофа оказались рядом — и чтобы зритель прожил их одним ударом.
Что становится ясно задним числом. Ретроспективно понятно, почему фильм так настойчиво снимал героев вдвоём у одного микрофона: вся визуальная грамматика первой части готовила пустоту второй. Оптимизм Майка, выглядевший обаятельной чертой, оказывается ещё и системой отрицания — отрицания долгов, усталости, симптомов, возраста. Каждое «всё будет хорошо» в первой половине превращается во второй в улику.
Финал. После смерти Майка Клэр возвращается к месту, связанному с её болью, — и это возвращение читается как акт примирения: она отвоёвывает у травмы территорию и учится жить дальше без второго голоса. Финал намеренно негероичен: нет ни триумфального камбэка, ни закрытия истории «большой сценой». Есть женщина, которая решает, что песня продолжается, даже если петь её теперь придётся одной.
Скрытый смысл названия. «Song Sung Blue» Нила Даймонда — песня о том, что грустную песню знает каждый и что пропеть её значит пережить грусть. Только после финала становится понятно, что фильм всё время исполнял ровно эту инструкцию: мажорная аранжировка поверх заведомо минорной истории — не маскировка, а способ выживания героев.