Три мушкетёра: Миледи

Вторая часть дилогии Мартена Бурбулона подхватывает повествование ровно в той точке, где оборвался фильм «Д’Артаньян». Молодой гасконец Д’Артаньян теряет сознание в ходе похищения своей возлюбленной Констанции Бонасье и приходит в себя пленником заговорщиков. В попытках выследить похитителей юноша неожиданно для себя оказывается вынужден заключить опасный союз с выжившей после смертельного падения шпионкой Кардинала — роковой Миледи де Винтер.

Тем временем Франция стремительно погружается в пучину религиозной междоусобицы. Король Людовик XIII направляет войска к оплоту мятежных протестантов-гугенотов — крепости Ла-Рошель. Мушкетёры Атос, Портос и Арамис отправляются на линию фронта, где им предстоит не только столкнуться с ужасами войны, но и узнать тайны прошлого, грозящие разрушить братские узы и поколебать верность короне.

Пока Д’Артаньян разрывается между долгом солдата и стремлением спасти Констанцию, невидимые нити заговора тянутся из кулуаров Лувра через пролив Ла-Манш к резиденции герцога Бэкингема, превращая частную вендетту в геополитическую катастрофу.

Режиссёр Мартен Бурбулон и сценаристы Матьё Делапорт и Александр де Ла Пательер деконструируют романтический миф о безупречном рыцарстве. Главный посыл картины заключается в том, что в жерновах большой политики, религиозного фанатизма и жажды власти личные добродетели — честь, любовь, преданность — подвергаются сокрушительной девальвации.

Фильм демонстрирует, как травмы прошлого и ошибки юности порождают чудовищ, а слепая верность монархии и абстрактному долгу нередко требует от человека принесения в жертву собственной души и тех, кто ему по-настоящему дорог.

Феминистская ревизия: Миледи трактуется не как коварная инфернальная злодейка, а как жертва феодального патриархального насилия (включая попытку убийства собственным мужем Атосом), чья агрессия является закономерной формой самообороны и борьбы за выживание.Политический реализм (Realpolitik): История рассматривается через призму цинизма государственных структур: ни монарх, ни Ришельё, ни мятежники...

Французская киноиндустрия в лице компаний Pathé и Chapter 2 поставила амбициозную задачу создать собственный масштабный национальный блокбастер мирового уровня, способный составить прямую конкуренцию голливудским франшизам на почве национальной классики.

Фильм привлек более 2,5 миллионов зрителей во Франции и заработал свыше 21 миллиона долларов в мировом прокате. Успех дилогии вдохновил ту же команду продюсеров и сценаристов на создание триумфального «Графа Монте-Кристо» (2024), возродив интерес к масштабным экранизациям произведений Александра Дюма.

Зрители и критики ведущих изданий (Sight & Sound, The Guardian, Le Figaro) высоко оценили магнетическую, глубокую игру Евы Грин в роли Миледи, историческую аутентичность реквизита, великолепные костюмы, натурные съёмки и саундтрек Гийома Русселя.

В то же время проект подвергся критике за избыточное использование «трясущейся камеры» (shaky-cam) в батальных сценах, осложняющее восприятие фехтовальной хореографии, а также за некоторую скомканность сюжета во втором акте и смелые отступления от книги Дюма.