Центральный твист сюжета, полностью раскрывающийся только в режиссёрской версии, заключается в роли Альфредо в разлуке Сальваторе и Елены. В театральной версии их расставание выглядит как цепь трагических случайностей: Елена с семьёй уезжает, и Сальваторе не может её найти. Он оставляет ей записку в кинотеатре, но она, видимо, её не находит. Зрителю остаётся лишь догадываться, почему их пути разошлись.
Режиссёрская версия всё проясняет: Елена приходит в кинотеатр в тот вечер, когда Сальваторе ждёт её на последнем свидании. Она встречает Альфредо и оставляет ему записку для Сальваторе, в которой объясняет, что не может прийти, но будет ждать его в другом месте, и просит найти её. Альфредо, желая Сальваторе великого будущего и считая, что Елена будет ему мешать, принимает решение сжечь эту записку. Он сознательно разлучает влюблённых, веря, что поступает во благо Тото.
Этот поворот кардинально меняет восприятие персонажа Альфредо. Из просто мудрого наставника он превращается в фигуру, которая взяла на себя роль демиурга в жизни Сальваторе, приняв за него судьбоносное решение. Это делает его образ более сложным и трагичным. Становится понятно, что одиночество и неспособность Сальваторе построить длительные отношения во взрослой жизни — прямое следствие этой юношеской травмы, организованной его самым близким другом.
Смысл финальной сцены после раскрытия спойлера: Финальный подарок Альфредо — катушка с вырезанными поцелуями — приобретает дополнительный, более горький смысл. Это не просто дань любви к кино. Это своего рода извинение и признание. Альфредо, лишивший Сальваторе настоящих поцелуев и любви с Еленой, дарит ему их экранный суррогат. Он как бы говорит: "Я отнял у тебя настоящую любовь, но вот тебе квинтэссенция любви кинематографической, той, которой мы оба посвятили свои жизни". Улыбка и слёзы Сальваторе в финале — это сложное чувство, в котором смешаны благодарность за дружбу, горечь от осознания упущенной жизни и, наконец, прощение и принятие своего пути, который, несмотря ни на что, был выбран для него из огромной любви.