Скрытый смысл сцены параллельного ритуала (Экзорцизма): Одна из самых обманчивых сцен в истории хоррора. Зрителю кажется, что шаман Иль-гван проводит обряд изгнания дьявола из Хё-джин, а японский отшельник у себя в избушке проводит черную магию, защищаясь от шамана. На самом деле: Шаман Иль-гван вбивает проклятие («Death Hex») прямо в тело и душу Хё-джин, причиняя ей дикую боль. В это же время японский незнакомец проводит ритуал оживления трупа человека из грузовика. Они не сражаются друг с другом — они действуют параллельно. Чон-гу, не выдержав мучений дочери, прерывает ритуал Иль-гвана, спасая дочь от немедленной смерти, но проклятие уже пустило корни.
Развязка у дома Чон-гу: Чон-гу бежит к дому и встречает Му-мён. Она держит его за руку (доказывая, что она дух, но имеющий плоть/силу в этом мире) и умоляет не ходить домой, пока трижды не пропоёт петух. Она повесила на ворота ловушку из цветов львиного зева. Если Чон-гу зайдёт в дом раньше времени, ловушка разрушится. В этот момент Чон-гу замечает на Му-мён вещи убитых жителей и шпильку своей дочери. В нём вспыхивает смертельное сомнение: «Она — убийца!». Он вырывает руку и шагает за ворота. В ту же секунду цветущий сухой букет вянет и превращается в черепа, а одержимая Хё-джин внутри дома зарезает мать и бабушку.
Сцена в пещере: Молодой дьякон И-сам с крестом и ножом спускается в пещеру к Японскому незнакомцу. Дьякон говорит: «Я пришёл узнать правду. Если ты скажешь, что ты не демон, я уйду». На что Японский незнакомец смеётся, цитируя Евангелие от Луки, демонстрирует стигматы на ладонях и на глазах у дьякона превращается в рогатого красноглазого Дьявола. Дьявол достаёт фотоаппарат и щелкает оцепенелого И-sama, окончательно забирая его душу.
Завершающий кадр: Шаман Иль-гван приезжает к дому Чон-гу, открывает багажник и достаёт коробку с фотографиями всех прошлых жертв проклятия. Он фотографирует окровавленное тело Чон-гу и роняет из коробки пачку снимков — подлинное доказательство того, что он и японский демон с самого начала работали вместе.