В основе отчуждения Брика — смерть Скиппера, его лучшего друга и товарища по команде. Мэгги признаётся, что ревновала мужа к Скипперу, который занимал слишком много места в жизни Брика, и хотела разрушить их дружбу, даже думая о том, чтобы переспать со Скиппером, лишь бы Брик усомнился в его верности. Брик винит в трагедии и Мэгги, и себя. В пьесе за этим стоит невысказанное влечение, а в фильме — неспособность повзрослеть.
Под праздником скрыта главная ложь семьи: смертельная болезнь Большого Папы, которую от него и от Большой Мамы скрывают. Отсюда его страх смерти и борьба за наследство.
Финал: Мэгги объявляет семье, что беременна. Мэй обвиняет её во лжи, но Брик с восхищением встаёт на сторону жены: у Мэгги «жизнь в теле», а «правда — это что-то отчаянное, и она у Мэгги есть». Затем он зовёт Мэгги наверх, чтобы превратить ложь в правду. Брик и Мэгги противостоят лживости и подчиняют её себе. Это заметно отличается от пьесы, где Брик не поддерживает жену публично, а Мэгги выбрасывает его костыль, прячет спиртное и ставит ультиматум.