Убийцы цветочной луны — Объяснение концовки

В отличие от книги Дэвида Гранна, фильм Скорсезе с первых минут разрушает детективную интригу: зритель сразу видит, что доброжелательный Уильям «Король» Хэйл — вдохновитель и организатор безжалостного истребления семьи Молли Кайл ради аккумулирования нефтяных паев («headrights»).

Хэйл шаг за шагом заставляет племянника организовывать преступления:

• Сестру Молли, Анну Браун, напаивают до бессознательного состояния и убивают выстрелом в затылок в овраге.
• Мать Молли, Лиззи, медленно угасает, сломленная горем и подозрительными болезнями.
• Сестру Минни травят под видом болезни.
• Другую сестру, Риту Смит, вместе с ее белым мужем Биллом взрывают в собственном доме с помощью заложенной бомбы.

Параллельно Эрнест подсыпает яд в инсулин самой Молли, больной диабетом, по прямому указанию врачей, подкупленных Хэйлом. Молли медленно угасает в постели, не понимая, что ее персональный спаситель и сиделка — ее собственный муж. Лишь когда Молли из последних сил добирается до Вашингтона и обращается к президенту Калвину Кулиджу, в округ прибывает Том Уайт из Бюро расследований.

Заговор рушится: подручные сдают Эрнеста, а тот после гибели их маленькой дочери соглашается свидетельствовать против дяди в суде. В кульминационной сцене после суда Молли наедине задает Эрнесту последний вопрос: что именно он подмешивал ей в лекарство? Эрнест трусливо врет в глаза: «Просто инсулин». Молли молча встает и уходит навсегда, понимая абсолютную безнадежность его лжи.

Фильм отказывается от традиционных финальных титров. Вместо них действие переносится на радиостудию в Нью-Йорке: перед микрофонами актеры в прямом эфире разыгрывают криминальный радиоспектакль об убийствах осейджей со звуковыми эффектами для развлечения публики. Мартин Скорсезе лично выходит к микрофону и зачитывает эпилог: Хэйл и Эрнест отсидели часть срока и вышли по УДО; Молли развелась с Эрнестом, умерла в 1937 году и была похоронена рядом с родными. В ее некрологе не было ни слова об убийствах. Картина завершается парящим кадром сверху: ритуальный круг осейджей танцует и поет на родной земле.

Саморефлексия и критика медиа (финал с радиошоу): Радиоспектакль в концовке демонстрирует, как капитализм перерабатывает подлинные человеческие трагедии в поп-культуру с рекламными джинглами сигарет и смешными звуковыми эффектами. Появление Скорсезе указывает на то, что и его собственный высокобюджетный фильм неизбежно является частью этой индустрии.

Психологический дуализм Эрнеста: Критики спорят, любил ли Эрнест Молли на самом деле или это был чистый расчет. Преобладающая трактовка: он действительно любил ее, но его личность была настолько инфантильной и развращенной жадностью, что он искренне блокировал в себе осознание того, что медленно убивает любимую женщину.

Аллегория на фундамент США: Судьба семьи Кайл — метафора всей истории колонизации Северной Америки: улыбающиеся колонизаторы приходят с договорами, библией и медициной, чтобы затем методично выморить коренное население голодом, ядом и законами.