Финал фильма является одним из самых знаковых твистов в истории кино. После того как Мартин Вейл выигрывает дело (добиваясь признания Аарона невменяемым из-за диагноза «диссоциативное расстройство идентичности» и отправляя его в психиатрическую клинику вместо камеры смертников), он приходит в камеру попрощаться со своим клиентом. Аарон, правдоподобно изображающий раскаяние и амнезию после суда, просит Вейла передать извинения прокурору Джанет Венабл за то, что «он [Рой] повредил ей шею» во время приступа.
Вейл замирает. В этот момент пазл складывается: Аарон, якобы находившийся в глубокой «отключке», физически не мог знать о травме шеи Джанет, если только он не контролировал ситуацию всё это время. Когда Вейл указывает на эту ошибку, подсудимый с ухмылкой сбрасывает маску. Он признается, что сымитировал раздвоение личности. Но главный шок заключается в его словах: «Не было никакого Аарона». Настоящей личностью всегда был хладнокровный, жестокий Рой, а робкий, заикающийся мальчик Аарон был лишь гениальной выдумкой, чтобы обмануть адвоката, психиатра и суд. Вейл, эгоцентричный юрист, мнивший себя кукловодом, выходит из тюрьмы абсолютно опустошенным, осознав, что он не только узаконил свободу для безжалостного убийцы, но и был использован как марионетка.