Унесённые призраками - Объяснение концовки

Ключевым сюжетным поворотом является раскрытие истинной личности Хаку. В кульминационный момент, возвращаясь от Дзенибы на спине Хаку в облике дракона, Тихиро вспоминает случай из своего детства: однажды она упала в реку, но течение вынесло её на берег. Она вспоминает название той реки — Кохаку. Это помогает Хаку вспомнить своё полное имя — Нигихаями Кохакунуси, дух реки Кохаку. Это осознание разрушает чары Юбабы, освобождая его от службы ей. Становится понятно, почему Хаку с самого начала помогал Тихиро — он помнил её, хоть и не осознавал этого.

Финальное испытание, которое Юбаба даёт Тихиро, — узнать своих родителей среди стада свиней. Тихиро, повзрослевшая и научившаяся видеть суть вещей, уверенно говорит, что ни одного из её родителей здесь нет. Это оказывается верным ответом. Смысл этого испытания в том, что она прошла свою трансформацию до конца: она больше не наивная девочка, которую можно обмануть видимостью. Она полагается на свою интуицию и обретённую мудрость. Она поняла правила этого мира и смогла их превзойти.

Концовка фильма остаётся открытой. Тихиро и её родители возвращаются к своей машине, которая покрыта пылью и листьями, что намекает на то, что в мире духов прошло больше времени. Родители ничего не помнят. Хаку обещал Тихиро, что они встретятся снова, но остаётся неясным, произойдёт ли это. Заколка для волос, которую ей подарили друзья из мира духов и которая сверкает на солнце в последнем кадре, является единственным физическим доказательством того, что её приключения были реальны. Эта неоднозначность позволяет зрителю самому решать, что случилось дальше, и подчёркивает, что это было прежде всего внутреннее путешествие героини.

Помимо основной трактовки о взрослении, существует несколько альтернативных интерпретаций фильма. Одна из самых мрачных и спорных теорий гласит, что "Унесённые призраками" — это аллегория на детскую проституцию. Сторонники этой теории указывают, что в историческом контексте японские купальни (юя) иногда были прикрытием для публичных домов. В этой интерпретации Юбаба выступает в роли "мамочки", а отнятие имени у Тихиро (Сэн) — это практика дачи прозвищ работницам таких заведений. Однако студия Ghibli никогда не подтверждала эту теорию.

Другая интерпретация рассматривает фильм как метафору борьбы Японии за сохранение своей культурной идентичности в условиях глобализации и вестернизации. Юбаба, с её западным платьем и любовью к роскоши, символизирует пагубное влияние Запада, в то время как традиционные божества и духи представляют уходящую японскую культуру, которой требуется "очищение" в купальнях.

Некоторые видят в фильме юнгианскую аллегорию индивидуации. Мир духов представляет собой коллективное бессознательное, а персонажи — архетипы. Например, гигантский младенец Бо может символизировать Самость, которая находится в плену у материнского комплекса (Юбаба) и должна пройти через испытания, чтобы повзрослеть.